"Ножи в курах", или К чему приводит дерево познания

Впервые на украинской театральной сцене состоялось сценическое прочтение пьесы «Ножи в курах» современного британского драматурга Дэвида Харроуэра. Интересно и то, что дебют этой постановки в Украине оказался дебютом и для режиссера, и для некоторых актеров. И все благодаря Британскому Совету в Украине и общественной организации «Театральная платформа», чей проект воплотился на малой сцене Национального академического драматического театра им.И.Франка.

Перед спектаклем ознакомилась в программке с постановочной группой и актерским составом. И первое, что вызвало удивление – имя режиссера, незнакомое для столичной публики – Ольга Турута-Прасолова. Она выступила  сценографом и художником по костюмам, а также ей принадлежит музыкальное оформление спектакля. Для дебютной постановки на сцене драматического театра –  достаточно серьезный подход молодого мастера! Именно с ее легкой руки в спектакле все сконструировано органично и содержательно!

На малой сцене едва ли можно представить какие-либо громадные декорации, и поэтому режиссеру необходимо раскрыть идею спектакля  в очень ограниченном пространстве. Сценография спектакля Ольги Туруты-Прасоловой весьма лаконичная, но емкая. На сцене стилизованные деревянные планшеты, которые, на первый взгляд, служат как двери, кровать, окно, мини-бар, и жернова. С другой стороны, три планшета –  это три судьбы с двойным дном. Образ женщины ассоциируется с распустившейся веткой дерева (познания), тянущейся к свету; образ ее мужа Вильяма  – планшет-кровать, который служит для удовлетворения его плотских желаний, и планшет со встроенным мини-баром, где среди алкоголя мельник Гилберт хранит блокнот с ручкой. Сквозь сценографию режиссер сразу акцентирует внимание зрителя на образной системе спектакля. Ну и стол, стулья, и… велосипед. Кстати, последний предмет представляет собой не только характерную особенность передвижения на сельских просторах. В метафорическом контексте – это движение жизни, которое в спектакле выражается в двойственном смысле: для кого-то это движение по замкнутому кругу, а для кого-то возможность убежать из реального в воображаемый мир.

Сельский быт и примитивное мышление красноречиво раскрываются в образе Вильяма-пахаря (Дмитрий Завадский), который с утра до вечера работает на земле, а ночью развлекается со стонущими «кобылами», и при этом «забивает» на свою жену. Он воспринимает ее как рабочую лошадку, у которой нет ни чувств, ни желаний, а точнее, он их просто не видит. Он смотрит на жену сквозь призму равнодушия, жестокости и презрения, заставляя ее выполнять всю «женскую» работу по хозяйству. Черная земля, на которой Вильям пашет с утра до ночи,  олицетворяет всю примитивность и обыденность его сознания. Иногда он напоминает эдакого никчемного царька, который добивается своего только с помощью криков, жесткости и эгоизма. Патриархат и только! Отношения супругов обречены на провал. Погружаясь во мрак человеческих отношений и черную мглу равнодушия, каждый из них ищет спасения, в своем «поле».

Привыкший пахать землю, он способен сделать жене только один комплимент: «Ты, словно поле». Кстати, это «поле» у каждого свое. И она (Вера Зиневич), как женщина (которую драматург не наделил даже именем) пытается уловить смысл сказанного, угодить своему мужу как подобает. Актриса старается оправдать каждый поступок своей героини стремлением к светочу ЖИЗНИ. Ее душа натура жаждет заботы и любви, понимания и сострадания, в ее глазах – надежда и вера. В то же время – это работящая женщина, которая целыми днями занята хозяйственными делами и практически выполняет всю домашнюю работу: режет кур, копает морковку, достает воду из колодца….

И вот с появлением мельника Гилберта (Дмитрий Чернов), который напоминает змея-искусителя, ее печаль сменяется грешным наслаждением. Свободный от всех предрассудков, он привлекает внимание  «серой» женщины, которая взяв ручку и начертав пару строк, пытается изменить свою жизнь. Нахлебавшись алкоголя у Гилберта, Она неожиданно для себя открывает новое «поле» - познание.

В спектакле, где, как под увеличительным стеклом, показывается фрагмент сельской жизни, происходит столкновение двух начал: мужского и женского, причем в разных ипостасях. Женская свобода, пусть даже в мыслях, разбивается о повседневный быт – покормить скотину, порезать кур… Именно, куры - как символ мертвой, но еще теплящейся жизни.  Метафорическая инкрустация спектакля – хореографические этюды людей в образе кур – это не просто отвлекающий маневр для зрителя. Сквозь образ главной героини в спектакле раскрывается главная тема – поиск гармонии и счастья, поиск себя как человека. «Убивая» свою прежнюю жизнь с мужем, она пытается найти себя в союзе с «колдуном» мельником Гилбертом, который тоже не без греха. Убийство курицы, которое является типичным для сельского быта, символизирует крах всех былых надежд.

Каждый выбирает свой мир, в котором ему уютно и легко. А выбор есть всегда – остаться серой массой на фоне никчемного мужа или упасть в объятия демонического мельника и пытаться заново построить очередную иллюзию счастливого бытия, устремившись к дереву познания. «Каждый день я хочу узнать больше…Теперь я знаю, что должна найти имя для себя…», - пишет Она, в блокноте мельника, что подтверждает ее стремление выйти за рамки обыденного бытия…

Сквозь контраст двух миров, двух начал режиссер ставит вопрос выбора, который делает каждый из героев: либо жить в предлагаемых обстоятельствах, либо пытаться изменить их, перешагнув грань морали. Здесь нет сугубо положительных или отрицательных персонажей, а поэтому и сострадание зрительного зала  сведено к минимуму. И только зерно разума - познания способно расставить все точки над «і».

Фото предоставлены пресс-службой театра.

Background

Спектакль «Ножі в курках» - совместный проект Национального академического театра им. И.Франко, Британского Совета в Украине и общественной организации «Театральная платформа».

В течение трех месяцев длился конкурс Британского Совета в Украине для молодых режиссеров на право постановки современной британской драматургии на сцене театра им. Ивана Франко. Три современные британские пьесы, которые ни разу не ставились на украинской сцене, два десятка молодых режиссеров, которые борются за победу, кропотливая экспериментальная работа актеров и жюри...

13 ноября на Камерной сцене театра им. И. Франко  состоялась премьера спектакля «Ножи в курах» по пьесе Дэвида Харроуэра от молодого режиссера – победительницы конкурса Ольги Туруты-Прасоловой.

О пьесе

Впервые была поставлена ​​на сцене театра Траверс в 1995 году и стала дебютной для драматурга Дэвида Харроуэра. С тех пор ее увидели зрители в более чем 25 странах всего мира. И вот она впервые появится на украинской сцене. Перевел на украинский язык Алексей Негребецкий, редактировал – Павел Юров.

«Лично для меня главными являются два аспекта в проекте, который мы реализовали с Британским Советом и общественной  организацией «Театральная платформа»: расширение системы восприятия мира актерами нашего театра и нашими зрителями через реализацию актуального текста из Британии и создание возможности для молодых украинских режиссеров посоревноваться (открыто и честно) за право постановки на Камерной сцене Национального театра. Кажется, это и будет самым большим  результатом наших совместных усилий», - прокомментировал руководитель театра Станислав Моисеев.

Ольга Турута-Прасолова - харьковский режиссер, художница-постановщик ряда спектаклей в Черновицком, Полтавском, Одесском областных театрах кукол и Харьковском театре «Прекрасные цветы». Выпускница Одесского художественно-театрального училища им. М. Грекова по специальности мастер кукол всех систем и Харьковского национального университета искусств им. И. Котляревского по специальности режиссура театра драмы и кукол.

Поэтический спектакль Виталия Малахова и Анастасии Дмитрук

«Никогда мы не будем братьями ни по родине, ни по матери.

Духа нет у вас быть свободными — нам не стать с вами даже сводными…»

Именно эти строки принесли известность  23-летней украинской поэтессе Анастасии Дмитрук, которая своим творчеством доказывает и показывает гражданскую позицию. Патриотизм, любовь и ирония в поэтических строках наполняются новым смыслом, воодушевляют бойцов на передовой, вселяют веру и надежду. 1 октября в Киеве Анастасия представит свою поэзию в театрализованной постановке - спектакле, режиссером которой выступает художественный руководитель Театра на Подоле, народный артист Украины, гениальный режиссер Виталий Малахов. 

Виталий Малахов:

 - Виталий Ефимович, в чем заключается основная тема спектакля?

- Концепция спектакля в том, чтобы показать путь взросления от подростка-девчонки, сочиняющей стихи о весне, до женщины, осознающей проблемы вселенной, имеющей свою гражданскую позицию.

С Настей очень хорошо работать: она обязательный и трудолюбивый человек. Мы не  старались сделать из нее актрису, она естественна и на сцене органична. Главное, мы стремились к тому,  чтобы максимально раскрыть смысл стихов, и может в какой-то степени – оживить их немного, поскольку просто поэзия сложна для восприятия. Мы не ставим точку, хотим поиграть спектакль на зрителя, возможно, придется что-то переделать, но я надеюсь на то, что это будет успешный проект.

- А насколько реально увидеть этот спектакль на сцене Театра на Подоле?

- По художественным качествам и содержанию он может идти у нас в театре, но есть ряд других нюансов(автором является Настя, соответственно и финансовой частью распоряжается она).

- На ваш взгляд, насколько сегодня искусство способно повлиять на происходящее в стране – войну на Донбассе?

- Очень важно, чтобы  участники АТО  знали - об этом говорят, и это волнует всех. Я общался с ребятами (бойцами, солдатами АТО),  больше всего их тревожит то, что они забыты всеми, правительством забыты.  Осознание того, что есть спектакль, который посвящен им и военным событиям –  это правильно.

Во-вторых, вы знаете, какие-то вещи надо выговаривать. Мы позавчера делали флешмоб,  Настя читала 10-минутный фрагмент, и мне важно было увидеть реакцию людей, которые просто гуляли по Андреевскому спуску, как они  воспримут слова   «никогда мы не будем братьями». И вдруг прохожие остановились и  стали кричать: «Слава Украине!». Значит,  реакция есть, и людям это нужно. Ведь между истинным патриотизмом и игрой в патриотизм – очень тонкая грань. Я считаю, что не  нужно бояться проявлять свой патриотизм, поэтому в спектакле мы хотели показать, что  любовь к Родине – это не абстрактная вещь, а позиция взрослого человека.

Анастасия Дмитрук:

- Анастасия, почему ты решила оформить свою поэзию именно в театрализованной форме?

-  За последние 1,5 года я провела много творческих вечеров в Украине и за границей, поэтому захотелось сделать нечто большее, чем просто вечер – более профессионально и художественно оформленный, например, спектакль.

Я очень счастлива, что меня познакомили с Виталием Ефимовичем Малаховым, который уже знал мои стихи. Вначале это планировалось как творческий вечер, потом переросло в поэтический спектакль, потому что подключились актеры театра, музыканты. Это фантастический опыт, я получаю удовольствие от самого процесса работы, это сплошной творческий полет всех участников, здесь нет авторитарного режима, каждый привносит свои идеи, труд, энергетику. На спектакль приглашены также и участники АТО. Если они хотят прийти, то это очень радует, потому что много строк посвящено именно им – нашим защитникам. Хотелось бы поехать с этим спектаклем в турне по Украине, в такие города как  Запорожье, Днепропетровск, Днепродзержинск, Львов, Николаев, Ивано-Франковск, Одесса.

-  Сюжет спектакля переплетается с военными действиями?

- Сюжет построен на том, что простая девочка, которая писала о цветочках с детской наивностью, взрослеет и становится личностью. Меняется тема ее стихов, появляются другие ценности, что в итоге сводится к гражданской позиции. Другими словами, рассказывается о том, как взрослеет человек в условиях войны.

- Наверное, это правильные акценты, о которых надо чаще говорить на языке искусства. А непосредственно в зоне АТО  вы читали стихи перед бойцами?

- Последняя поездка была в Мариуполь на базу «Азова»,  до этого ездила на Николаевский полигон, где стояли  11, 10-й  батальоны, 95-я бригада. Безусловно, ощущается, что бойцам необходима эта поддержка.

Когда приезжаешь и видишь воинов,   разочарованных отсутствием перемен, неоправданных ожиданий от политиков, понимаешь, что ребята, по сути, морально истощены, нет первоначального заряда на патриотической ноте. Поэтому эти поездки,  прежде всего, служат моральной поддержкой их боевого духа. Для них это праздник, вера в то, что их любят, ждут.

- Вы выступали и за границей. Как воспринимали иностранцы?

- Например, поездка в Швейцарию запомнилась несколькими творческими встречами с украинской диаспорой, на которые также приходили и местные жители, и иностранцы. Очень приятно осознавать, что это для них интересно.

- Какие проекты для реализации планируются после спектакля?

- Первый сборник  моих стихов был издан в прошлом году Игорем Захаренко, сейчас хотим сделать второй сборник как подарочный вариант – «Це твоя і моя війна».  В него войдут стихи  гражданской лирики и хроника событий от Революции до сегодня именно в чувствах, а также фото бойцов и наших встреч с ними. Хотелось бы запечатлеть это в памяти, выпустив сборник стихов. Для бойцов мы подготовим сборник более удобного формата.

Я считаю, что культура в условиях войны – важный фундамент, который помогает всем поверить в светлое будущее. Война может вогнать в депрессию, лишить веры и надежды, именно поэтому спектакли, концерты, музыка –  источник вдохновения для человека. Я всегда очень стараюсь свои творческие вечера завершать на светлой ноте – все будет хорошо!

Це моя і твоя війна
за мою і твою свободу.
Ти із заходу, я зі сходу —
ми щаслива одна сім’я.
І ніхто нас не роз’єднає,
нас ніколи ніхто не здолає,
бо ми разом — могутня сила.
Це моя і твоя Україна.
І весь світ нас з тобою знає.
Нас з тобою весь світ поважає,
бо ми биті, та не подолані,
ми з тобою ніким не підкорені!
А нам брешуть, а нас обманюють.
Нас, мов звірів, з тобою стравлюють,
але марно — дешева акція.
Я і ти — то Велика нація!
І ніхто нас не роз’єднає,
нас ніколи ніхто не здолає.
Ми тут вільні, царям не вклонимось,
ми ніколи їм не підкоримось!
Бо нам воля дорожче золота.
Наше слово б’є краще молота.
Я і ти — це велика сила.
Я і ти — це і є Україна.

Петр Сова: «Каждый народ достоин своего правителя»

Талантливый на сцене, приятный в общении актер и начинающий режиссер  Петр Сова заявил о себе несколько лет назад еще в Донецком украинском академическом музыкально-драматическом театре. Спустя 5 лет работы вернулся в Киев,  а сейчас работает актером в Национальном академическом театре русской драмы  им. Л. Украинки. И хотя актерство приносило наслаждение,  параллельно актера привлекало режиссерское ремесло. И чтобы освоить основы этого мастерства, Петр окончил курс режиссуры у В.Чхаидзе. Его дипломный спектакль  в репертуарной афише в театре «Браво» – «Осенняя скука» по Н.Некрасову, где с иронией и юмором обличаются человеческие пороки.

- Вы уже больше 10 лет работаете актером на разных сценических площадках, почему захотелось заняться режиссурой?

-  Мне нравится работать и актером, и режиссером. Но, как известно, актер  – это рабская профессия: ты от всего зависишь: от режиссера, от театра, от вкуса продюсера и т.д. Иногда – это просто игра случая, сегодня ты востребован, а завтра нет. В режиссуре же, безусловно, больше свободы, и многое зависит от  тебя. И еще есть вещи, о которых мне хочется говорить зрителю,  выражать определенные посылы. Я не могу сейчас заявить, мол, да, я режиссер и точка. Постепенно я осваиваю эту профессию, и благодаря актерству приходило понимание многих вещей, что помогает мне как режиссеру. Это естественный процесс.

- Ваш первый режиссерский опыт – это спектакль по произведению Э. Олби «Что случилось в зоопарке». Чем привлекла американская драматургия?

- Во-первых, это очень сильный драматург, который знает человеческую душу.  Я с этим произведением начинал работать еще в Донецком драматическом театре. Тогда мы с коллегами пытались воплотить его на сцене, но по независящим от нас причинам не получилось. Поэтому уже в Киеве я нашел компанию творческих людей, которых тоже заинтересовал Олби, и мы начали работать. Долго, но интересно. Чего хочет Джерри – главный вопрос, на который сложно ответить, и мы старались в этом спектакле донести зрителю ответ на него.

- После американской драматургии вы обратились к русской классике –  «Осенняя скука» по Некрасову. Почему именно этот автор, ведь режиссеры практически игнорируют его?  

- Да, его почти не ставят на профессиональной сцене. На мой взгляд, «Осенняя скука»  –  очень хорошая пьеса, и можно сказать, что это своеобразный стеб на крепостное право. Произведение было написано в конце 1850-х годов, а уже в 1861 году крепостное право отменили. Пьеса написана с тонким юмором и любовью, поэтому работать с материалом было очень интересно. Когда начал разбирать детально, то родилась идея представить материал как сон помещика Ласукова, выброшенного системой.

- Причем, системой, которая очень созвучна украинским реалиям… Некрасовские картины сельской жизни напоминают сегодняшние взаимоотношения власти и народа…

- Думаю, что спектакль прозвучал злободневно. Многие решения в нем были найдены уже в процессе работы, поэтому получилось актуально. Каждый народ достоин своего правителя – мысль, которая проходит через весь спектакль. Слуги достойны Ласукова в той же степени, что и он их. Тут все взаимосвязано.

- В этом же спектакле вы сыграли и роль помещика Ласукова. Насколько вам присущ этот образ по характеру?

- Сложно сказать, наверное, есть какие-то черты: лень, обломовщина. Бывает и такое -  если что-то не получается, то все виноваты, кроме самого себя. Таким образом проявляется эго. На самом деле я не хочу играть в своих спектаклях. Если я играю в своем спектакле, то мне это очень противоречит, так как я вижу сразу все недочеты в той или иной мизансцене.

- Спектакль идет на малой сцене, не думали над тем, чтобы перенести на большую сцену?

-  Мой педагог по режиссуре Вахтанг Чхаидзе отметил, что сценографическое  решение спектакля интересное, но слишком мало места на сцене. Если переносить на большую сцену, то существует риск того, что важные моменты не будут донесены до зрителя или это будет совершенно другой спектакль. Я благодарен театру за возможность поставить этот спектакль на малой сцене, поэтому, мне кажется, что лучше оставить все как есть.

- Какая еще драматургия интересует вас как режиссера?

-  Я не занимаюсь специально поиском того или иного произведения. Все приходит само собой в силу каких-то обстоятельств, впечатлений… Вот, как-то зашел в книжный магазин, смотрю, на обложке книги написано: «Каким образом может существовать сословие, которое в мирное время, не принося ни крошечки пользы, поедает чужой хлеб и чужое мясо, одевается в чужие одежды, живет в чужих домах, а в военное время идет бессмысленно убивать и калечить таких же людей, как они сами?» - это «Поединок» А.Куприна. И я увлекся произведением, оказалось, там очень много интересных и, главное, актуальных мыслей – о наших реалиях.

Сейчас в театре русской драмы мы с коллегами делаем самостоятельную работу по этому произведению. Благодаря тому, что  у нас есть взаимопонимание и доверие,  рождаются какие-то интересные вещи.  Классика всегда может звучать злободневно, если найти оригинальное решение. И артисту будет интересно работать – открывать новые пласты творчества.

 - Если говорить об актерском мастерстве, то кроме театра вас можно увидеть еще в популярных сериалах («Страсти по Чапаю», «Возвращение Мухтара» и другие). Вам интереснее работать в театре или на съемочной площадке?

- Комфортно работать там, где есть интересный материал. Конечно, в театре больше возможностей для реализации. А на съемочной площадке актер – просто «говорящая голова», которой платят деньги, и в большинстве случаев - это способ заработка, не более того. Чаще поступают предложения сняться в сериалах различного формата, а серьезных работ в кинокартинах пока еще не было. Всему свое время.

Как артист, если я творчески чего-то не получаю, а только отдаю свои силы, энергетику, тогда приходит рутина, и становится скучно. Поэтому буду стараться воплощать режиссерские задумки. Насколько это будет успешным, будут судить зрители.  

Андрей Романий: «Жизненные приоритеты не поменялись, значит они были правильными»

Интервью информационного агентства "ОстроВ".  

Прослужив более 25 лет в Донецком национальном областном украинском музыкально-драматическом театре, ведущий актер и премьер – заслуженный артист Украины Андрей Романий сейчас продолжает играть на сцене, но уже столичного театра. Не разделяя идеологии самопровозглашенной республики, Андрей переехал в Киев. Недавно в театре им. Ивана Франка состоялся премьерный спектакль «Дівка», в котором он дебютировал в роли Митрофана. Между спектаклями Андрей старается приехать в Донецк, где его ждут маленький сын, бывшая жена, друзья и близкие люди. Находясь в Донецке, он не скрывает своей проукраинской позиции и рассказывает о происходящей ситуации, опираясь только на факты.

- Андрей, в Донецком национальном областном украинском музыкально-драматическом театре вы служили более 25 лет. Насколько сложно вам было покинуть родной театр?

- Безусловно, из театра уходить было тяжело. И при этом я не могу сказать, что я ушел из театра, поскольку заявление об уходе я не писал. Когда театр перерегистрировался в «ДНР», соответственно, я не стал писать заявление о приеме на работу. Поэтому согласно украинскому законодательству я фактически продолжаю там служить. Естественно никакого финансирования со стороны Украины нет, зарплату никто из бюджета не получает. Театр находится в подчинении «ДНР», которая и обеспечивает все выплаты.

Мои убеждения не позволяли оставаться в Донецке и работать в самопровозглашенной «республике». Если бы я остался работать, то это означало бы предать Родину, где я родился и вырос, а это противоречит моим убеждениям.

И главное, почему я был вынужден уехать, - это дети. Их безопасность и будущее волнуют меня больше всего. Сейчас в Донецке у меня остался младший сын, к которому я стараюсь приезжать как можно чаще. Старший сын – в Днепропетровске живет, а средний – со мной в Киеве. Я бы не хотел, чтобы мой сын оканчивал донецкую школу, где ему выдадут аттестат непризнанной республики, с которым он никуда не сможет поступить. Поэтому он в Сумах закончил школу и поступает в Киевский университет.

- Осенью, вначале театрального сезона, вы еще продолжали играть на сцене театра в Донецке, в то время как были сильные обстрелы непосредственно в черте города…

- Да, и я тогда принял решение и сказал об этом руководству театра, что буду играть до тех пор, пока театр будет нуждаться во мне, пока не введут новых исполнителей. И я отыграл все спектакли. Параллельно уже ездил в Киев на репетиции нового спектакля. И, несмотря на то что, находясь тогда в Донецке, я осознавал, что подвергаюсь опасности, относился к этому… философски. Старался об этом не думать, а заботился о том, чтобы вывезти детей из города.

- В ситуации, когда постоянно звучат выстрелы, передвигается военная техника по городу, на ваш взгляд, каким образом и, вообще, способно ли искусство повлиять на общество?

- Думаю, что именно искусство и должно влиять, и в «ДНР» это отлично понимают. В то время как во многих украинских театрах сокращается финансирование, в Донецком театре актеры регулярно получают зарплату в пределах 6 тысяч, а то и больше. Это приличные деньги.

Нужно признать, что «ДНР» вкладывает деньги в театр – это факт. Театры получили возможность гастролировать, а другие украинские среднестатистические театры такой возможности не имеют. Насколько мне известно, недавно коллективу была выделена премия. В «ДНР» понимают, что финансирование культуры – это важная составляющая духовности общества. Если «республиканцы» помогают театру, то в ответ театр будет заниматься прославлением молодой «республики». Многие работники театра искренне верят в «светлое будущее». В приватных же беседах знакомые радуются тому, что им не придется отдавать кредиты, которые они брали в Украине. У каждого свои приоритеты…

- Вы поддерживаете отношения с донецкими коллегами?

- Да, общаюсь со многими коллегами. Есть только несколько человек, с которыми я брезгую даже здороваться, но не из-за политических убеждений. Как говорится, главное – не путать дружбу и службу. У меня прекрасные отношения с директором театра Натальей Волковой, которая воспитывает троих детей и очень переживает за их безопасность. И она прилагает максимум усилий для того, чтобы содержать театр в это нелегкое время. Насколько правильно она это делает, я не берусь судить, так как не хотелось мне быть на ее месте в это смутное время.

- Вы переехали в Киев, работаете в одном из лучших театров Украины – Национальном академическом драматическом театре им. И.Франка…

- Многие театры Украины меня приглашали, но именно в театре им. Франка предложили определенные условия, которые заинтересовали. Я сохранил категорию «Ведущий мастер сцены» (наивысшая категория для актера – прим. авт.), хотя в коллективе «франковцев» на момент моего прихода не было ставок с таким статусом. Поэтому переговоры о приеме на работу длились очень долго – несколько месяцев.

- Как вас приняли в коллективе «франковцев»?

- Потрясающе!!! Когда только я приехал и начал работать, многие коллеги часто интересовались, не нуждаюсь ли я в чем-нибудь. Когда я периодически приезжаю в Донецк к сыну, мне звонят из Киева и спрашивают, не нужна ли мне какая-то помощь. Я увидел отзывчивость и заботу, и мне хотелось бы верить, что это искренне.

В процессе репетиций сразу осознал, что мне интересно работать и общаться с киевскими коллегами. Если в донецком театре я ощущал в этом смысле определенный вакуум, где определенные актеры позиционировались как лучшие, а остальные – только для массовки и эпизодических ролей, то здесь все по-другому. В театре Франка есть ощущение команды, которая работает на результат. Каждый актер играет спектакль, а не только свою роль, здесь нет понятия второстепенных или эпизодических ролей. И главное - режиссер и актер не мешают друг другу работать.

И еще один важный момент. Работая уже несколько месяцев, я ни разу не услышал от коллег плохих слов в чей-либо адрес. Для театрального коллектива – это имеет огромное значение, что свидетельствует о порядочности людей, которые здесь трудятся.

- Чем, на ваш взгляд, отличается донецкая и киевская публика?

- В определенной мере донецкая публика напоминает маму, которая любуется своим ребенком на детском утреннике. Зрители в Донецке – это щедрые зрители, которые готовы простить артисту практически все. В Киеве немного иначе. Здесь публика более требовательна, она не готова воспринимать какие-то дешевые вещи. Я не хочу сказать, что киевские зрители избалованы, но удивить их тяжелее. Вместе с тем киевская публика охотнее идет за актером, становится непосредственным соучастником спектакля. Если в Донецке зритель больше занимает созерцательную позицию, то в Киеве публика – становится партнером артиста в спектакле.

- Насколько мне известно, многие донецкие зрители приезжали на ваш спектакль в Киев…

- Да, и я был очень растроган. На один из спектаклей пришло много людей, которые буквально завалили меня цветами настолько, что мне было неловко перед коллегами. Но я знаю, что эти донецкие зрители подарили цветы не столько за мою игру, а сколько за то, что в течение многих лет мы были вместе, выразив, таким образом, благодарность и поддержку. И после спектакля меня ждали зрители, некоторые приехали из Днепропетровска, Запорожья, Харькова, Одессы, что очень приятно и трогательно. И очень ценю такие моменты радости общения со зрителями.

- В связи с переменами в жизни, изменились ли у вас жизненные ценности и источник вдохновения?

- В последнее время слишком много стала значить фраза: «главное, чтоб не было войны». Как правило, за столом это главный тост, который дается с большим комом в горле. Еще я перестал быть категоричным максималистом, и стал с пониманием относиться к людям с противоположной позицией, стал более снисходительно относиться к своим недоброжелателям.

- А вдохновение?

– Для меня - это всегда качественный материал, хорошие партнеры по сцене, профессиональный режиссер. Это именно те составляющие, которые помогают постоянно развиваться и творить на сцене, а не только «вытворять». И я думаю, что если приоритеты в творчестве не изменились, учитывая все произошедшие события, то, значит, они были правильными.

Ирина Голиздра, «ОстроВ». 

Война на Донбассе - взгляд польского журналиста

Война на Донбассе с самого начала привлекла многие зарубежные СМИ, которые освещают события с фронта со своей позиции. И тот факт, что иностранным журналистам сейчас проще и легче проехать на оккупированную территорию, чем украинским коллегам, - проверенная аксиома. О нюансах работы иностранного журналиста на востоке страны и польско-украинских отношениях, рассказывает корреспондент польской газеты "Wyborcza" Петр Андрусечко.

Фото-Facebook

- Вы неоднократно были на Донбассе, как на оккупированной части, так и на территории, подконтрольной Украине. Насколько охотно местные жители вступали в диалог с вами, как с иностранным журналистом?

- Ситуации были разные. Некоторые жители были настроены достаточно скептически, мол, опять приехали, деньги на нас зарабатывают. Это одно мнение. Причем вне зависимости – оккупированная территория или нет. Но есть и такие люди, которые хотят общаться. Например, в одной из поездок в Донецк я поехал в бомбоубежище на окраине города. Там было очень много людей, которые  около трех месяцев провели, не выходя на улицу. Причем много маленьких детей, пожилых людей. И когда мы начали разговаривать с ними, то люди очень просили, чтоб мы написали о них, чтоб их услышали. Другой случай произошел в Мариуполе, сразу после обстрела Восточного микрорайона (который случился еще осенью после Минских соглашений). Один мужчина был агрессивно настроен, не желая идти на контакт. Мы пытались с ним найти общий язык, и уже спустя некоторое время он начал разговаривать более спокойно. Безусловно, многие жители по отношению к нам настроены очень настороженно, их можно понять, ведь они уже практически год находятся в стрессовом состоянии.

- Вам легче было работать на Донбассе, чем украинским коллегам?

- В какой-то степени легче, чем украинским журналистам. Я помню, когда вначале были первые аресты, задержания украинских журналистов и тогда было опасно работать. Сейчас, может  быть, немного легче. Например, я знаком с некоторыми украинскими коллегами, которые там работают, но их немного.

Имея паспорт другого государства, работать там действительно относительно легче. Но тем не менее польский паспорт - не самый лучший. Меня и моих коллег тоже задерживали, но быстро отпускали, никто долго не держал. И как-то после очередного задержания отдавали  мой паспорт со словами: «Извини, у тебя просто плохой паспорт».

- В таком случае ездить в одиночку по территории, где идет война, иностранцу опасно. С вашей точки зрения, с волонтерами передвигаться безопаснее?

- Риск есть всегда. Возможно, сейчас это странно звучит, но имея необходимые средства защиты  (каску, бронежилет), мы не надевали это, чтобы лишний раз не привлекать внимания, чтобы к нам было больше доверия. Сейчас, может быть, уже не стал бы так рисковать. С волонтерами ездить хорошо, но тоже иногда рискованно. С одной стороны, благодаря волонтерам, мы могли доехать туда, куда украинские военные просто не хотели нас пускать. Поэтому используем разные варианты поездок.

- В своих материалах вы освещаете войну на Донбассе с точки зрения военных вопросов либо больше с гражданской позиции?

-  У меня нет редакционных заданий, и я уже самостоятельно определяю ключевые темы. Все зависит от ситуации на Донбассе.  Если в данный момент происходят активные боевые действия, то, естественно, я пишу об этом. Но я стараюсь писать об этих аспектах с точки зрения рядовых граждан, как они переживают ужас этой войны. Важно то, что происходит с людьми, какие трагедии они переживают. В Киеве я часто слышу: «А почему они не уехали?». И я понимаю, что  большинство людей просто не могут уехать по разным причинам, у каждой семьи свои обстоятельства, и об этом надо говорить.

- Вы пишите о войне на Донбассе для населения Польши. Недавно прозвучало мнение, что тема Украины – военного конфликта уже надоела польскому читателю. Вы согласны с этим?

- Я бы так не сказал. Можно то же самое сказать и о конфликте Израиля и Палестины, который длится десятилетия. Да, есть категория людей, которым это не интересно, но им с самого начала это было чуждо. Могу согласиться лишь с тем, что тема Украины занимает меньше места в польских СМИ, потому что есть ряд и других важным тем. Например, есть вопрос Исламского государства, есть проблемы в ЕС. Если в каждом номере говорить о войне на Донбассе, то это тоже неправильно.

- Насколько много украинцев из Донбасса переехало в Польшу, есть ли поддержка государства?

- Я не знаю точное количество, но они есть. У нас всегда было много мигрантов из Украины. Я недавно был в Гданське, там тоже есть люди из Донбасса. Знаю, что есть определенная категория людей, которые имели финансовые средства, приехали в Польшу, покупают жилье и переезжают сюда. Это небольшой процент, но они есть. И эта тенденция в этом году очень заметная. С другой стороны, люди, которые сбежали от войны с более скромными доходами, не имеют здесь никакого статуса, а следовательно, и поддержки государства тоже. На самом деле вопрос с беженцами у нас не настолько хорошо урегулирован.

- В связи с новоизбранным президентом Польши – Анджеем Дудой, на ваш взгляд, как может измениться политика государства Польша по отношению к Украине?

- Польша – одна из стран, которая активно выступает за безвизовый режим. И, думаю, это не изменится. Но чтобы этого добиться, необходимо сотрудничать с другими странами ЕС. В последнее время Польша начала активно работать в политических вопросах с Германией, но насколько это сотрудничество будет тесным, мы увидим после парламентских выборов (которые в Польше состоятся осенью). Если победит партия  президента «Закон и справедливость», то это может быть проблема, потому что раньше у них отношения с Германией были напряженными.

Украина – это ближайшая соседняя страна, и нас многое объединяет. Есть исторический аспект, одна из ключевых тем – Волынская трагедия. Например, в Польше существуют некоторые организации и маргинальные политики, которые спекулируют на этой теме –  и это проблема. Если мы не будем говорить об этих сложных моментах, тогда политики будут использовать это в своих целях. Действительно, это была большая трагедия. Нам необходимо научиться об этом говорить. Для большинства населения Польши это не проблема: есть молодое поколение, которое живет не историей, но при этом есть и молодые люди, которые имеют достаточно сильные националистические настроения.

Беседовала Ирина Голиздра.

Украина - это Европа?

В нынешнем 2015 году III Львовский медиафорум собрал много медийных лиц, профессиональных журналистов и редакторов не только с Украины, но и с других стран. Так, открыл форум известный французский философ, писатель, режиссер, политический журналист Бернар-Анри Леви, который выступил с речью «История – любимая настольная книга тиранов».

Рассуждая об общественно-политической ситуации в Украине и мире в целом, Бернар-Анри затрагивает исторические ценности, духовные и культурные аспекты современного общества. «С первых минут Львов для меня – это живое сердце Европы, Львов - это европейский город. И за те 2-3 дня, что я пробыл здесь, я ощутил то знакомое чувство, которое испытал при падении Берлинской стены. Я много общался с местными жителями – они действительно хотят ВЕРНУТЬСЯ в Европу. И сейчас, к сожалению, создается новая стена между Украиной и Европой», - говорит французский журналист.

Второе впечатление, которое оставило неприятный осадок на душе патриотичного проукраинского француза – это… забытая память. «Львов был одним из самых ярких городов еврейской культуры в Европе - ведь здесь проживало более ста тысяч местных евреев, а тех, кто бежал из оккупированной Германией Польши во Львове приветствовали и защищали. Этот город, где было множество синагог, более ста тысяч представителей великой культуры, к которой я не принадлежу, но уважаю. Такое ощущение, что более тысячи евреев просто исчезли бесследно…  Очень мало осталось памяти о них. Я попросил знакомого показать мне один из крупнейших памятников еврейской культуры - синагогу Золотая Роза, известную в европейской истории как жемчужину культурной и гражданской жизни. Меня поразило то, что от Золотой Розы НИЧЕГО не осталось, только черная дыра. Эта синагога - это черная дыра, кровоточащая рана на теле всего города. Почему это так важно? Почему нужно залатать эту черную дыру?», - задается вопросом Бернар-Анри Леви.

Возможно, для некоторых это покажется странным – в стране война, а вы рассуждаете о синагогах, которых нет. А ведь без памяти, без ОСОЗНАНИЯ духовности очень трудно строить перспективу.

И французский философ выделяет три главные причины происходящего. «Во-первых, любая страна, которая не знает, что делать с памятью, превращается в больную страну. Франция это пережила. Современный пример тому – это Россия Путина, больная страна, которая сквозь тиранию и сталинизм пытается переосмыслить свою роль. Страна не может стать демократичной и свободной, если она не работает со своей памятью», - считает французский публицист.

Вторая причина, по его мнению, связана с непосредственной работой с забытой памятью, борьбой с пропагандой. «Известно, что война имеет две стороны: военную и идеологическую интеллектуальную. Путин и русские воюют с Украиной не только оружием, но и словами. Происходит битва слов, битва идей, битва пропаганды против Украины. Чтобы остановить эту пропаганду, необходимо стараться вернуть задушенную часть памяти»,- размышляет писатель.

И третья причина, на его взгляд, самая важная: Украина – это Европа, Украина – это неотъемлемая часть Европы. «За последние 70 лет это единственная страна, где в мирное время люди погибли только за то, что взяли в руки Европейский флаг. Это высокая цена за стремление быть частью Европы. Украина - это страна, которая имеет большое число праведников народов мира. Среди стран-лидеров - Франция, Польша (которая на первом месте), и Украина - на четвертом месте. Митрополит Шептицкий был одним из тех, кто спас многих евреев, и эта чистая правда», - утверждает Бернар-Анри.

По сути, его выступление явилось некоей кристаллизацией происходящих событий с точки зрения иностранца, который знает и понимает Украину, ее стремления и культуру. Кстати, о культуре. В этот же день Бернар-Анри Леви представил в красивейшем Львовском оперном театре – моноспектакль «Готель Європа». Как театральный критик, я считаю, что называть это действие спектаклем, мягко говоря, некорректно. Скорее, это некий перфоменс, который можно реализовать не только на сцене крупнейшего театра, и смысл от этого не будет потерян.

 На сцене – имитация отельного номера, тусклый свет, на экране представлен визуальный ряд. Непосредственно автор и исполнитель в одном лице, Бернар-Анри Леви с ноутбуком в течение всего действия читает заранее подготовленный текст, лишь иногда отрывая глаза от монитора, чтобы увидеть зрителя, его реакцию.

Речь идет о Европе, ее  ценностях: демократии, свободе, духовности, которые перекликаются с современностью, порой жестокой и циничной. Лейтмотивом через всю пьесу проходит тема Украинского Майдана, борьба украинцев за право жить в свободной стране - напоминание всей Европе о том, каковы настоящие маркеры демократии и цена, которую народу приходится платить за достойную жизнь.

Да, Украина – это Европа, но далеко не все политики и рядовые граждане это понимают, ибо европейский выбор – это цивилизованный способ построения общества, предполагающий демократические и гуманные ценности с оглядкой на собственную историю.

Чары «Безталанної» в спектаклях Андрея Билоуса

Обращаясь к пьесам, написанным еще в XIX веке, режиссеры стараются отшлифовать новые грани драматургии.

Так, худрук Молодого театра  Андрей Билоус еще в 2006 году в Николаевском украинском театре музкомедии представил спектакль «Чарівниця» по пьесе «Безталанна» И.Карпенко-Карого. К сожалению, сейчас спектакль уже не идет на сцене театра. Желая показать киевским зрителям современную постановку украинского драматурга, А.Билоус интерпретировал пьесу в Молодом театре, но с  другим акцентом - «Зачарований».

Оба спектакля – колоритные и эмоциональные, где любовный треугольник Варка-Гнат-София пронизывают музыкальные мотивы и утонченные хореографические этюды. Этнография сведена к минимуму, сценография не столько подчеркивает украинский быт, сколько выполняет метафорическую функцию. На сцене Николаевского театра мы видим колодец-«журавель», в котором постепенно убывает вода, энергия жизни уступает магии и чарам. В Молодом театре  деревянные обрамления окна (похожего на крест), сквозь которое все подглядывают за жизнью главных героев; обломки старой мельницы, окутанные паутиной и пылью, как символ уходящего времени и разрухи на фоне мистических порывов завывающего ветра.

В самом названии спектакля уже сделан акцент - спектакль «Зачарованний» в Молодом театре показывает зрителю главное действующее лицо – Гната, роль которого исполняет молодой статный актер Александр Ромашко. Облаченный в плащ из звериной шкуры, он уже являет собой агрессивность и жестокость, присущую его натуре. Ярость и безумство, хладнокровность и отрешенность в отдельные моменты едва ли уступают его меланхолии и слабости. Плененный чарами Варки, Гнат слепо следует за ней. Его безудержная страсть к Варке, как пламя, обжигает его настолько, что животные инстинкты преобладают над разумом. Иногда кажется, что на сцене дикий зверь, который тщетно пытается выбраться из огня. Гнат постоянно пытается «затушить» колдовские чары – после «жаркой» встречи с Варкой он охлаждает себя водой, словно взывая к разуму.

Противоречивость его натуры выражается в том, что эгоизм переплетается со  слабоволием. «Ты тільки слюни пускаєшь», - с вызовом упрекает его Варка в бездействии. Даже обнимаясь с ней, Гнат опускает руки, словно полностью растворяясь в паутине страсти, задыхаясь в сухом, пропитанном пылью, воздухе. Живущий в матриархате Гнат готов подчинятся, но только одной – Варке, ее чарам.

«Сатана в жіночому обличчі», - говорит Гнат о Варке, роль которой исполняет Дарья Барихашвили. Смелая и даже дерзкая девушка, с повадками тигрицы, которую все боятся. С неподдельной дерзостью и едва заметной завистью пытается она заманить Гната в свои объятия. Но ее старания очаровать Гната выражаются не столько вербально, сколько пластически: похотливые движения, страстный хореографический этюд. Сразу вспоминаю ее роль в спектакле «Коварство и любовь», в котором она создала гармоничный образ. В этом же спектакле, пожалуй, не хватает чувственности, соблазнительности и коварства. Возможно, именно через такую трактовку образа режиссер хотел показать иную Варку, способную пленить мужской разум, не прибегая к ловким женским хитростям. В этом случае достаточно лишь желания Гната – быть очарованным и плененным.

В рациональной плоскости представлена София (Полина Снисаренко) – застенчивая и спокойная девушка. Пугливый взгляд и нервная дрожь, пронизывающая ее тело, сковывают движения. Испытывая неуверенность и постоянное чувство страха, София старается быть примерной женой, работящей невесткой и отзывчивой подругой. Ее покорный взгляд привлекает Гната, но не зачаровывает.

Радостный и тревожный взгляд с переменным успехом отражает нарастающий внутренний протест, который гнетет ее. София, как молодая ветвь, тянущаяся к жизни и свету, пытается облагородить этот жестокий и дикий мир. Но ее девичьи иллюзии быстро исчезают сквозь решето, которое просит Варка… 

Современные акценты чувственности отражаются в костюмах главных героев: слегка оголенные плечи, платья с разрезами, что свидетельствует о дозволенности и готовности «гореть» в омуте испепеляющей страсти. Зачарованный Гнат, неистовая Варка и безталанна София – с самого начала обречены жить в паутине чар. Без лишнего пафоса и чрезмерной откровенности,  а только языком чувственных взглядов и хореографических этюдов - то замедленных, то экспрессивных танцев, на сцене раскрывается человеческая драма.

Если говорить о николаевском спектакле, в котором А.Билоус сделал акцент  на «Чарівнице», то здесь образы  Варки и Гната получились более глубокими и полноценными. Гнат в исполнении Андрея Мостренко – это парень, который постоянно мечется меж двух огней. Гордый и уверенный в себе Гнат охвачен страстью к Варке и, как искра пламени, способен зажечься от одного ее взгляда. «Чого ж ти така гарна, Варко», спрашивает Гнат у Варки, на что она ему с улыбкой и дерзостью отвечает: «Гарна, бо не твоя». Ее слова возбуждают Гната, а страх потерять Варку трансформируется в новую победу – жениться на Софии – молниеносно, с размахом. Жажда обладания Варкой – «чарівницей», иссушает его душу, забирает энергию жизни.

Грациозная Варка (Елена Коновалова) -  обаятельная украинская девушка, которая способна соблазнять и покорять всех. Уверенность в собственных чарах, превосходстве и соблазнительности помогает ей без труда добиться желаемого. Очаровав ласковым взглядом Гната, она увлекает его в свой мир. Решительная Варка – воплощение дьявольской силы под маской обаяния и очарования. Варка и Гнат – как две чаши весов, которые постоянно берут вверх друг над другом. Сильные по духу две натуры, охваченные страстью, они жаждут этой смертельной любви. Любви, отнятой у Софии (Светлана Лубинец) – скромной и всегда печальной. Грустные глаза едва ли скрывают обреченные надежды на счастливую семейную жизнь…

Кстати, о матери Гната, которая постоянно подливает масло в огонь. Если в Молодом театре  представлена экспрессивная и сварливая пожилая женщина, для которой источник энергии - скандалы, то на сцене Николаевского театра – она же более уравновешенная и гармоничная, без истерик и наигранного надрыва, но для которой счастье собственного сына превыше всего. Из доброй матери она превращается в злостную свекровь.

Оба спектакля насыщены метафорикой, в отдельных моментах – иронией и контрастами. Именно на контрасте строится основная линия конфликта – любовь и страсть (чары) противопоставляются в образной системе.

P.S. Николаевский спектакль для меня показался более эмоциональным и выразительным, а Молодом театре – акцент сделан на визуализацию. «Безталанна» И.Карпенко-Карого – пьеса, послужившая основой для спектакля, который несколько лет поставил Дубинин в Киевском ТЮЗе. На этот спектакль я, будучи абитуриенткой КНУТКиТ им.И.Карпенко-Карого, писала рецензию на экзамен.