воскресенье, 6 декабря 2015 г.

Андрей Романий о жизни, любви и творчестве


Мое первое интервью с харизматичным актером - Андреем Романием оказалось первой пробой пера). Тогда еще студенткой, мне захотелось поговорить не просто с заслуженным артистом Украины, а с интересной личностью. Мне говорили, что он не любит журналистов, придирчив и достаточно жесткий. В результате интервью прошло более, чем хорошо: собеседник оказался приятным и добродушным, с тонким чувством юмора и искренним.
 Спустя много лет, могу сказать одно – это Человек, который хорошо разбирается в людях. Доброта и отзывчивость раскрываются больше в его поступках, чем в словах или интервью.
В театре он не играет роль, а проживает ее – полностью, до остатка, порой стирая грани театральной условности. Его роли – это его дети: от сексуального и брутального героя до побитого жизнью персонажа.
По случаю юбилея артиста представляю подборку высказываний * Андрея Романия о жизни, любви и творчестве.




***
 «Водитель следит за своей машиной, токарь – за токарным станком. А что есть у меня? У меня есть мое тело, за которым нужно следить, потому что это мой рабочий инструмент. И у меня есть мои мозги. То есть мой инструмент - психо-физический. Я слежу за физическим состоянием и слежу за интеллектуальным уровнем, много смотрю, много слушаю, в общем, не даю мозгам застаиваться».

***
 «Малая сцена предполагает откровенность не только духовную, но и физическую. Здесь невозможно соврать! И меньше всего работает музыка, свет, костюм и всякие прибамбасы режиссерские, мизансцены. Самое главное – не уйти от реальности».

***
«Я еще не настолько силен, чтобы говорить правду, но уже достаточно силен, чтобы не врать. У меня есть нелюбимые роли. Я стараюсь играть их не хуже. Но они есть, и мне за них стыдно».


***
«Папа был очень крупным ученым. Поступать в театральное мне не разрешали. В 14 лет я «свистнул» документы и сам отнес их в училище. Мама узнала, когда я был на третьем туре. Она была в шоке, а потом, думаю, в надежде, что я не справлюсь (38 человек на место было), сказала: «Поступай, куда хочешь». И я поступил. С папой (родители были в разводе) мы не решались заговорить на эту тему долго. Прошло два года, и он завел разговор сам: «Ну что, будем поступать в институт». Тут уж я вынужден был признаться, что уже перешел на третий курс. Когда папа смертельно заболел, я успел привезти ему кассету со спектаклем, где у меня была первая большая роль. Он посмотрел ее и прослезился. Он был сильным человеком, когда хотелось плакать, иронизировал, а тут... расчувствовался и сказал: «Слава Богу, что я не сбил тебя с верного пути». Он меня простил и буквально через две недели его не стало.


***
Я никогда не плюю в сторону публики. Мне небезразлично - любят они меня или нет. Ведь в первую очередь я работаю для них, для тех, кто в зале. И мне абсолютно все равно, даем спектакль мы «на базе» или на выезде. Все, кто работают со мной, знают, что я буду жать до последнего и не допущу, чтобы кто-то филонил, ссылаясь на то, что это провинция.

***
Порой я самоистязаю себя (это раздумья о своей неправоте, о своих поступках), познавая таким образом себя. Люблю жизнь - и потому она сама по себе доставляет мне удовольствие!

***
Борюсь со своими привычками. Единственное на что у меня полный запрет, о чем я не могу слышать - так это о гомосексуалистах и о наркотиках. Вот об этих вещах я не хочу говорить, все остальное – пожалуйста.



***
Еще прекрасным сделали Донецкий аэропорт, правда не понятно зачем таких больших размеров?! Такой же масштабный выстроили и ж/д вокзал. Донецк преображается, становится красивее, на европейском уровне. Отношение к чистоте города – это ментально. Если везде будет чисто, то и люди будут больше следить за порядком. 

***
Я такой себе самоед. Да, хотелось бы быть идеальным. 

***
Есть две вещи, которые держат меня в театре. Первое - я хочу сделать этот мир добрее, и это действительно так, поверьте мне на слово. И второе - через театр я познаю себя, себя как человека, как личность. Вот эти две вещи меня держат, и отнюдь не звания, грамоты, награды, и тем более не зависть и т.п. 

*** 
У меня есть планшет, в котором содержатся все мои роли, эти роли всегда у меня под рукой. И редактирую я роли сначала в планшете, потом распечатываю их, и работаю уже непосредственно с бумагой. Потом в том бумажном варианте, что у меня остался, я делаю изменения, редакцию вношу в планшет и сохраняю.

***
Если кто-то думает, что мне чужды чувства неразделенной любви или что меня никогда не покидали - это неправда. Я тоже страдал, и сейчас продолжаю испытывать разные чувства. 

***
Я занимаюсь сексом по любви, и это тоже много значит. Я люблю. Я специально не делаю что-то, я делаю то, что я хочу, стараясь при этом не нанести вред окружающим или же сделать это с минимальным уроном.

***
Моя любимая сказка - «Алиса в стране чудес». Любимая книга - Мишель Монтень «Опыты». Также мне нравятся произведения Пушкина, Радзинского... Я очень много читаю.

***
Нарцисссизм - это та маска, за которую я прячусь, когда мне человек не интересен, так в легкой форме я даю понять, что нам нужно закончить разговор. 

***
«Мы не выбираем роли, роли выбирают нас. Наша задача как артистов – сыграть хорошо то, что нам дали играть. Я понимаю, почему раньше актеров хоронили за оградой кладбища. Потому что мы исповедуемся зрителям. Как говорил Свифт: «Сатира для меня - единственный способ поговорить с этим миром всерьез». И для нас единственный способ исповедоваться всевышнему – это зритель».

***
Больше всех качеств я ценю в человеке верность, порядочность и духовную красоту! Важны та же потребность самосовершенствования и конструктивность – это то, что мне очень близко. А не люблю я – дураков, т.к. от них можно ожидать чего угодно, и опасаюсь людей не искренних.



***
Из спектакля «Фредерик или Бульвар преступлений», 2012 год.
Фредерик-Андрей Романий
 «Ми не люди, а блазні, ми лише подоби людей. Якщо ми щось робимо, то лише за вказівкою режисера… Слава, нам потрібен цей біль, ця втеча від себе, безтямне бажання перетворити цілий всесвіт у величезний дзеркальний лабіринт, який засвідчить наше існування; на зібрання афіш, де наше ім’я позначене великими літерами і стоїть вище назви п’єси. Залиште нам сцену, ми ж залишаємо вам життя!».


*Цитаты А.Романия выбраны из различных интервью. 

вторник, 17 ноября 2015 г.

"Ножи в курах", или К чему приводит дерево познания


Впервые на украинской театральной сцене состоялось сценическое прочтение пьесы «Ножи в курах» современного британского драматурга Дэвида Харроуэра. Интересно и то, что дебют этой постановки в Украине оказался дебютом и для режиссера, и для некоторых актеров. И все благодаря Британскому Совету в Украине и общественной организации «Театральная платформа», чей проект воплотился на малой сцене Национального академического драматического театра им.И.Франка.

Перед спектаклем ознакомилась в программке с постановочной группой и актерским составом. И первое, что вызвало удивление – имя режиссера, незнакомое для столичной публики – Ольга Турута-Прасолова. Она выступила  сценографом и художником по костюмам, а также ей принадлежит музыкальное оформление спектакля. Для дебютной постановки на сцене драматического театра –  достаточно серьезный подход молодого мастера! Именно с ее легкой руки в спектакле все сконструировано органично и содержательно!

На малой сцене едва ли можно представить какие-либо громадные декорации, и поэтому режиссеру необходимо раскрыть идею спектакля  в очень ограниченном пространстве. Сценография спектакля Ольги Туруты-Прасоловой весьма лаконичная, но емкая. На сцене стилизованные деревянные планшеты, которые, на первый взгляд, служат как двери, кровать, окно, мини-бар, и жернова. С другой стороны, три планшета –  это три судьбы с двойным дном. Образ женщины ассоциируется с распустившейся веткой дерева (познания), тянущейся к свету; образ ее мужа Вильяма  – планшет-кровать, который служит для удовлетворения его плотских желаний, и планшет со встроенным мини-баром, где среди алкоголя мельник Гилберт хранит блокнот с ручкой. Сквозь сценографию режиссер сразу акцентирует внимание зрителя на образной системе спектакля. Ну и стол, стулья, и… велосипед. Кстати, последний предмет представляет собой не только характерную особенность передвижения на сельских просторах. В метафорическом контексте – это движение жизни, которое в спектакле выражается в двойственном смысле: для кого-то это движение по замкнутому кругу, а для кого-то возможность убежать из реального в воображаемый мир.



Сельский быт и примитивное мышление красноречиво раскрываются в образе Вильяма-пахаря (Дмитрий Завадский), который с утра до вечера работает на земле, а ночью развлекается со стонущими «кобылами», и при этом «забивает» на свою жену. Он воспринимает ее как рабочую лошадку, у которой нет ни чувств, ни желаний, а точнее, он их просто не видит. Он смотрит на жену сквозь призму равнодушия, жестокости и презрения, заставляя ее выполнять всю «женскую» работу по хозяйству. Черная земля, на которой Вильям пашет с утра до ночи,  олицетворяет всю примитивность и обыденность его сознания. Иногда он напоминает эдакого никчемного царька, который добивается своего только с помощью криков, жесткости и эгоизма. Патриархат и только! Отношения супругов обречены на провал. Погружаясь во мрак человеческих отношений и черную мглу равнодушия, каждый из них ищет спасения, в своем «поле».

Привыкший пахать землю, он способен сделать жене только один комплимент: «Ты, словно поле». Кстати, это «поле» у каждого свое. И она (Вера Зиневич), как женщина (которую драматург не наделил даже именем) пытается уловить смысл сказанного, угодить своему мужу как подобает. Актриса старается оправдать каждый поступок своей героини стремлением к светочу ЖИЗНИ. Ее душа натура жаждет заботы и любви, понимания и сострадания, в ее глазах – надежда и вера. В то же время – это работящая женщина, которая целыми днями занята хозяйственными делами и практически выполняет всю домашнюю работу: режет кур, копает морковку, достает воду из колодца….

И вот с появлением мельника Гилберта (Дмитрий Чернов), который напоминает змея-искусителя, ее печаль сменяется грешным наслаждением. Свободный от всех предрассудков, он привлекает внимание  «серой» женщины, которая взяв ручку и начертав пару строк, пытается изменить свою жизнь. Нахлебавшись алкоголя у Гилберта, Она неожиданно для себя открывает новое «поле» - познание.

В спектакле, где, как под увеличительным стеклом, показывается фрагмент сельской жизни, происходит столкновение двух начал: мужского и женского, причем в разных ипостасях. Женская свобода, пусть даже в мыслях, разбивается о повседневный быт – покормить скотину, порезать кур… Именно, куры - как символ мертвой, но еще теплящейся жизни.  Метафорическая инкрустация спектакля – хореографические этюды людей в образе кур – это не просто отвлекающий маневр для зрителя. Сквозь образ главной героини в спектакле раскрывается главная тема – поиск гармонии и счастья, поиск себя как человека. «Убивая» свою прежнюю жизнь с мужем, она пытается найти себя в союзе с «колдуном» мельником Гилбертом, который тоже не без греха. Убийство курицы, которое является типичным для сельского быта, символизирует крах всех былых надежд.



Каждый выбирает свой мир, в котором ему уютно и легко. А выбор есть всегда – остаться серой массой на фоне никчемного мужа или упасть в объятия демонического мельника и пытаться заново построить очередную иллюзию счастливого бытия, устремившись к дереву познания. «Каждый день я хочу узнать больше…Теперь я знаю, что должна найти имя для себя…», - пишет Она, в блокноте мельника, что подтверждает ее стремление выйти за рамки обыденного бытия…



Сквозь контраст двух миров, двух начал режиссер ставит вопрос выбора, который делает каждый из героев: либо жить в предлагаемых обстоятельствах, либо пытаться изменить их, перешагнув грань морали. Здесь нет сугубо положительных или отрицательных персонажей, а поэтому и сострадание зрительного зала  сведено к минимуму. И только зерно разума - познания способно расставить все точки над «і».

Фото предоставлены пресс-службой театра.


Background

Спектакль «Ножі в курках» - совместный проект Национального академического театра им. И.Франко, Британского Совета в Украине и общественной организации «Театральная платформа».

В течение трех месяцев длился конкурс Британского Совета в Украине для молодых режиссеров на право постановки современной британской драматургии на сцене театра им. Ивана Франко. Три современные британские пьесы, которые ни разу не ставились на украинской сцене, два десятка молодых режиссеров, которые борются за победу, кропотливая экспериментальная работа актеров и жюри...

13 ноября на Камерной сцене театра им. И. Франко  состоялась премьера спектакля «Ножи в курах» по пьесе Дэвида Харроуэра от молодого режиссера – победительницы конкурса Ольги Туруты-Прасоловой.

О пьесе

Впервые была поставлена ​​на сцене театра Траверс в 1995 году и стала дебютной для драматурга Дэвида Харроуэра. С тех пор ее увидели зрители в более чем 25 странах всего мира. И вот она впервые появится на украинской сцене. Перевел на украинский язык Алексей Негребецкий, редактировал – Павел Юров.

«Лично для меня главными являются два аспекта в проекте, который мы реализовали с Британским Советом и общественной  организацией «Театральная платформа»: расширение системы восприятия мира актерами нашего театра и нашими зрителями через реализацию актуального текста из Британии и создание возможности для молодых украинских режиссеров посоревноваться (открыто и честно) за право постановки на Камерной сцене Национального театра. Кажется, это и будет самым большим  результатом наших совместных усилий», - прокомментировал руководитель театра Станислав Моисеев.

Ольга Турута-Прасолова - харьковский режиссер, художница-постановщик ряда спектаклей в Черновицком, Полтавском, Одесском областных театрах кукол и Харьковском театре «Прекрасные цветы». Выпускница Одесского художественно-театрального училища им. М. Грекова по специальности мастер кукол всех систем и Харьковского национального университета искусств им. И. Котляревского по специальности режиссура театра драмы и кукол.









четверг, 1 октября 2015 г.

Поэтический спектакль Виталия Малахова и Анастасии Дмитрук

«Никогда мы не будем братьями ни по родине, ни по матери.
Духа нет у вас быть свободными — нам не стать с вами даже сводными…»

Именно эти строки принесли известность  23-летней украинской поэтессе Анастасии Дмитрук, которая своим творчеством доказывает и показывает гражданскую позицию. Патриотизм, любовь и ирония в поэтических строках наполняются новым смыслом, воодушевляют бойцов на передовой, вселяют веру и надежду. 1 октября в Киеве Анастасия представит свою поэзию в театрализованной постановке - спектакле, режиссером которой выступает художественный руководитель Театра на Подоле, народный артист Украины, гениальный режиссер Виталий Малахов. 



Виталий Малахов:


 - Виталий Ефимович, в чем заключается основная тема спектакля?
- Концепция спектакля в том, чтобы показать путь взросления от подростка-девчонки, сочиняющей стихи о весне, до женщины, осознающей проблемы вселенной, имеющей свою гражданскую позицию.
С Настей очень хорошо работать: она обязательный и трудолюбивый человек. Мы не  старались сделать из нее актрису, она естественна и на сцене органична. Главное, мы стремились к тому,  чтобы максимально раскрыть смысл стихов, и может в какой-то степени – оживить их немного, поскольку просто поэзия сложна для восприятия. Мы не ставим точку, хотим поиграть спектакль на зрителя, возможно, придется что-то переделать, но я надеюсь на то, что это будет успешный проект.

- А насколько реально увидеть этот спектакль на сцене Театра на Подоле?
- По художественным качествам и содержанию он может идти у нас в театре, но есть ряд других нюансов(автором является Настя, соответственно и финансовой частью распоряжается она).

- На ваш взгляд, насколько сегодня искусство способно повлиять на происходящее в стране – войну на Донбассе?
- Очень важно, чтобы  участники АТО  знали - об этом говорят, и это волнует всех. Я общался с ребятами (бойцами, солдатами АТО),  больше всего их тревожит то, что они забыты всеми, правительством забыты.  Осознание того, что есть спектакль, который посвящен им и военным событиям –  это правильно.
Во-вторых, вы знаете, какие-то вещи надо выговаривать. Мы позавчера делали флешмоб,  Настя читала 10-минутный фрагмент, и мне важно было увидеть реакцию людей, которые просто гуляли по Андреевскому спуску, как они  воспримут слова   «никогда мы не будем братьями». И вдруг прохожие остановились и  стали кричать: «Слава Украине!». Значит,  реакция есть, и людям это нужно. Ведь между истинным патриотизмом и игрой в патриотизм – очень тонкая грань. Я считаю, что не  нужно бояться проявлять свой патриотизм, поэтому в спектакле мы хотели показать, что  любовь к Родине – это не абстрактная вещь, а позиция взрослого человека.

Анастасия Дмитрук:


- Анастасия, почему ты решила оформить свою поэзию именно в театрализованной форме?
-  За последние 1,5 года я провела много творческих вечеров в Украине и за границей, поэтому захотелось сделать нечто большее, чем просто вечер – более профессионально и художественно оформленный, например, спектакль.
Я очень счастлива, что меня познакомили с Виталием Ефимовичем Малаховым, который уже знал мои стихи. Вначале это планировалось как творческий вечер, потом переросло в поэтический спектакль, потому что подключились актеры театра, музыканты. Это фантастический опыт, я получаю удовольствие от самого процесса работы, это сплошной творческий полет всех участников, здесь нет авторитарного режима, каждый привносит свои идеи, труд, энергетику. На спектакль приглашены также и участники АТО. Если они хотят прийти, то это очень радует, потому что много строк посвящено именно им – нашим защитникам. Хотелось бы поехать с этим спектаклем в турне по Украине, в такие города как  Запорожье, Днепропетровск, Днепродзержинск, Львов, Николаев, Ивано-Франковск, Одесса.

-  Сюжет спектакля переплетается с военными действиями?
- Сюжет построен на том, что простая девочка, которая писала о цветочках с детской наивностью, взрослеет и становится личностью. Меняется тема ее стихов, появляются другие ценности, что в итоге сводится к гражданской позиции. Другими словами, рассказывается о том, как взрослеет человек в условиях войны.

- Наверное, это правильные акценты, о которых надо чаще говорить на языке искусства. А непосредственно в зоне АТО  вы читали стихи перед бойцами?
- Последняя поездка была в Мариуполь на базу «Азова»,  до этого ездила на Николаевский полигон, где стояли  11, 10-й  батальоны, 95-я бригада. Безусловно, ощущается, что бойцам необходима эта поддержка.
Когда приезжаешь и видишь воинов,   разочарованных отсутствием перемен, неоправданных ожиданий от политиков, понимаешь, что ребята, по сути, морально истощены, нет первоначального заряда на патриотической ноте. Поэтому эти поездки,  прежде всего, служат моральной поддержкой их боевого духа. Для них это праздник, вера в то, что их любят, ждут.

- Вы выступали и за границей. Как воспринимали иностранцы?
- Например, поездка в Швейцарию запомнилась несколькими творческими встречами с украинской диаспорой, на которые также приходили и местные жители, и иностранцы. Очень приятно осознавать, что это для них интересно.

- Какие проекты для реализации планируются после спектакля?
- Первый сборник  моих стихов был издан в прошлом году Игорем Захаренко, сейчас хотим сделать второй сборник как подарочный вариант – «Це твоя і моя війна».  В него войдут стихи  гражданской лирики и хроника событий от Революции до сегодня именно в чувствах, а также фото бойцов и наших встреч с ними. Хотелось бы запечатлеть это в памяти, выпустив сборник стихов. Для бойцов мы подготовим сборник более удобного формата.
Я считаю, что культура в условиях войны – важный фундамент, который помогает всем поверить в светлое будущее. Война может вогнать в депрессию, лишить веры и надежды, именно поэтому спектакли, концерты, музыка –  источник вдохновения для человека. Я всегда очень стараюсь свои творческие вечера завершать на светлой ноте – все будет хорошо!


Це моя і твоя війна
за мою і твою свободу.
Ти із заходу, я зі сходу —
ми щаслива одна сім’я.
І ніхто нас не роз’єднає,
нас ніколи ніхто не здолає,
бо ми разом — могутня сила.
Це моя і твоя Україна.
І весь світ нас з тобою знає.
Нас з тобою весь світ поважає,
бо ми биті, та не подолані,
ми з тобою ніким не підкорені!
А нам брешуть, а нас обманюють.
Нас, мов звірів, з тобою стравлюють,
але марно — дешева акція.
Я і ти — то Велика нація!
І ніхто нас не роз’єднає,
нас ніколи ніхто не здолає.
Ми тут вільні, царям не вклонимось,
ми ніколи їм не підкоримось!
Бо нам воля дорожче золота.
Наше слово б’є краще молота.
Я і ти — це велика сила.
Я і ти — це і є Україна.





суббота, 1 августа 2015 г.

Петр Сова: «Каждый народ достоин своего правителя»

Талантливый на сцене, приятный в общении актер и начинающий режиссер  Петр Сова заявил о себе несколько лет назад еще в Донецком украинском академическом музыкально-драматическом театре. Спустя 5 лет работы вернулся в Киев,  а сейчас работает актером в Национальном академическом театре русской драмы  им. Л. Украинки. И хотя актерство приносило наслаждение,  параллельно актера привлекало режиссерское ремесло. И чтобы освоить основы этого мастерства, Петр окончил курс режиссуры у В.Чхаидзе. Его дипломный спектакль  в репертуарной афише в театре «Браво» – «Осенняя скука» по Н.Некрасову, где с иронией и юмором обличаются человеческие пороки.


- Вы уже больше 10 лет работаете актером на разных сценических площадках, почему захотелось заняться режиссурой?

-  Мне нравится работать и актером, и режиссером. Но, как известно, актер  – это рабская профессия: ты от всего зависишь: от режиссера, от театра, от вкуса продюсера и т.д. Иногда – это просто игра случая, сегодня ты востребован, а завтра нет. В режиссуре же, безусловно, больше свободы, и многое зависит от  тебя. И еще есть вещи, о которых мне хочется говорить зрителю,  выражать определенные посылы. Я не могу сейчас заявить, мол, да, я режиссер и точка. Постепенно я осваиваю эту профессию, и благодаря актерству приходило понимание многих вещей, что помогает мне как режиссеру. Это естественный процесс.

- Ваш первый режиссерский опыт – это спектакль по произведению Э. Олби «Что случилось в зоопарке». Чем привлекла американская драматургия?

- Во-первых, это очень сильный драматург, который знает человеческую душу.  Я с этим произведением начинал работать еще в Донецком драматическом театре. Тогда мы с коллегами пытались воплотить его на сцене, но по независящим от нас причинам не получилось. Поэтому уже в Киеве я нашел компанию творческих людей, которых тоже заинтересовал Олби, и мы начали работать. Долго, но интересно. Чего хочет Джерри – главный вопрос, на который сложно ответить, и мы старались в этом спектакле донести зрителю ответ на него.

- После американской драматургии вы обратились к русской классике –  «Осенняя скука» по Некрасову. Почему именно этот автор, ведь режиссеры практически игнорируют его?  

- Да, его почти не ставят на профессиональной сцене. На мой взгляд, «Осенняя скука»  –  очень хорошая пьеса, и можно сказать, что это своеобразный стеб на крепостное право. Произведение было написано в конце 1850-х годов, а уже в 1861 году крепостное право отменили. Пьеса написана с тонким юмором и любовью, поэтому работать с материалом было очень интересно. Когда начал разбирать детально, то родилась идея представить материал как сон помещика Ласукова, выброшенного системой.

- Причем, системой, которая очень созвучна украинским реалиям… Некрасовские картины сельской жизни напоминают сегодняшние взаимоотношения власти и народа…

- Думаю, что спектакль прозвучал злободневно. Многие решения в нем были найдены уже в процессе работы, поэтому получилось актуально. Каждый народ достоин своего правителя – мысль, которая проходит через весь спектакль. Слуги достойны Ласукова в той же степени, что и он их. Тут все взаимосвязано.

- В этом же спектакле вы сыграли и роль помещика Ласукова. Насколько вам присущ этот образ по характеру?

- Сложно сказать, наверное, есть какие-то черты: лень, обломовщина. Бывает и такое -  если что-то не получается, то все виноваты, кроме самого себя. Таким образом проявляется эго. На самом деле я не хочу играть в своих спектаклях. Если я играю в своем спектакле, то мне это очень противоречит, так как я вижу сразу все недочеты в той или иной мизансцене.

- Спектакль идет на малой сцене, не думали над тем, чтобы перенести на большую сцену?

-  Мой педагог по режиссуре Вахтанг Чхаидзе отметил, что сценографическое  решение спектакля интересное, но слишком мало места на сцене. Если переносить на большую сцену, то существует риск того, что важные моменты не будут донесены до зрителя или это будет совершенно другой спектакль. Я благодарен театру за возможность поставить этот спектакль на малой сцене, поэтому, мне кажется, что лучше оставить все как есть.

- Какая еще драматургия интересует вас как режиссера?

-  Я не занимаюсь специально поиском того или иного произведения. Все приходит само собой в силу каких-то обстоятельств, впечатлений… Вот, как-то зашел в книжный магазин, смотрю, на обложке книги написано: «Каким образом может существовать сословие, которое в мирное время, не принося ни крошечки пользы, поедает чужой хлеб и чужое мясо, одевается в чужие одежды, живет в чужих домах, а в военное время идет бессмысленно убивать и калечить таких же людей, как они сами?» - это «Поединок» А.Куприна. И я увлекся произведением, оказалось, там очень много интересных и, главное, актуальных мыслей – о наших реалиях.
Сейчас в театре русской драмы мы с коллегами делаем самостоятельную работу по этому произведению. Благодаря тому, что  у нас есть взаимопонимание и доверие,  рождаются какие-то интересные вещи.  Классика всегда может звучать злободневно, если найти оригинальное решение. И артисту будет интересно работать – открывать новые пласты творчества.


 - Если говорить об актерском мастерстве, то кроме театра вас можно увидеть еще в популярных сериалах («Страсти по Чапаю», «Возвращение Мухтара» и другие). Вам интереснее работать в театре или на съемочной площадке?

- Комфортно работать там, где есть интересный материал. Конечно, в театре больше возможностей для реализации. А на съемочной площадке актер – просто «говорящая голова», которой платят деньги, и в большинстве случаев - это способ заработка, не более того. Чаще поступают предложения сняться в сериалах различного формата, а серьезных работ в кинокартинах пока еще не было. Всему свое время.
Как артист, если я творчески чего-то не получаю, а только отдаю свои силы, энергетику, тогда приходит рутина, и становится скучно. Поэтому буду стараться воплощать режиссерские задумки. Насколько это будет успешным, будут судить зрители.  


пятница, 31 июля 2015 г.

Андрей Романий: «Жизненные приоритеты не поменялись, значит они были правильными»

Интервью информационного агентства "ОстроВ".  
Прослужив более 25 лет в Донецком национальном областном украинском музыкально-драматическом театре, ведущий актер и премьер – заслуженный артист Украины Андрей Романий сейчас продолжает играть на сцене, но уже столичного театра. Не разделяя идеологии самопровозглашенной республики, Андрей переехал в Киев. Недавно в театре им. Ивана Франка состоялся премьерный спектакль «Дівка», в котором он дебютировал в роли Митрофана. Между спектаклями Андрей старается приехать в Донецк, где его ждут маленький сын, бывшая жена, друзья и близкие люди. Находясь в Донецке, он не скрывает своей проукраинской позиции и рассказывает о происходящей ситуации, опираясь только на факты.
Андрей, в Донецком национальном областном украинском музыкально-драматическом театре вы служили более 25 лет. Насколько сложно вам было покинуть родной театр?
- Безусловно, из театра уходить было тяжело. И при этом я не могу сказать, что я ушел из театра, поскольку заявление об уходе я не писал. Когда театр перерегистрировался в «ДНР», соответственно, я не стал писать заявление о приеме на работу. Поэтому согласно украинскому законодательству я фактически продолжаю там служить. Естественно никакого финансирования со стороны Украины нет, зарплату никто из бюджета не получает. Театр находится в подчинении «ДНР», которая и обеспечивает все выплаты.
Мои убеждения не позволяли оставаться в Донецке и работать в самопровозглашенной «республике». Если бы я остался работать, то это означало бы предать Родину, где я родился и вырос, а это противоречит моим убеждениям.
И главное, почему я был вынужден уехать, - это дети. Их безопасность и будущее волнуют меня больше всего. Сейчас в Донецке у меня остался младший сын, к которому я стараюсь приезжать как можно чаще. Старший сын – в Днепропетровске живет, а средний – со мной в Киеве. Я бы не хотел, чтобы мой сын оканчивал донецкую школу, где ему выдадут аттестат непризнанной республики, с которым он никуда не сможет поступить. Поэтому он в Сумах закончил школу и поступает в Киевский университет.
Осенью, вначале театрального сезона, вы еще продолжали играть на сцене театра в Донецке, в то время как были сильные обстрелы непосредственно в черте города…
- Да, и я тогда принял решение и сказал об этом руководству театра, что буду играть до тех пор, пока театр будет нуждаться во мне, пока не введут новых исполнителей. И я отыграл все спектакли. Параллельно уже ездил в Киев на репетиции нового спектакля. И, несмотря на то что, находясь тогда в Донецке, я осознавал, что подвергаюсь опасности, относился к этому… философски. Старался об этом не думать, а заботился о том, чтобы вывезти детей из города.
- В ситуации, когда постоянно звучат выстрелы, передвигается военная техника по городу, на ваш взгляд, каким образом и, вообще, способно ли искусство повлиять на общество?
Думаю, что именно искусство и должно влиять, и в «ДНР» это отлично понимают. В то время как во многих украинских театрах сокращается финансирование, в Донецком театре актеры регулярно получают зарплату в пределах 6 тысяч, а то и больше. Это приличные деньги.
Нужно признать, что «ДНР» вкладывает деньги в театр – это факт. Театры получили возможность гастролировать, а другие украинские среднестатистические театры такой возможности не имеют. Насколько мне известно, недавно коллективу была выделена премия. В «ДНР» понимают, что финансирование культуры – это важная составляющая духовности общества. Если «республиканцы» помогают театру, то в ответ театр будет заниматься прославлением молодой «республики». Многие работники театра искренне верят в «светлое будущее». В приватных же беседах знакомые радуются тому, что им не придется отдавать кредиты, которые они брали в Украине. У каждого свои приоритеты…
Вы поддерживаете отношения с донецкими коллегами?
- Да, общаюсь со многими коллегами. Есть только несколько человек, с которыми я брезгую даже здороваться, но не из-за политических убеждений. Как говорится, главное – не путать дружбу и службу. У меня прекрасные отношения с директором театра Натальей Волковой, которая воспитывает троих детей и очень переживает за их безопасность. И она прилагает максимум усилий для того, чтобы содержать театр в это нелегкое время. Насколько правильно она это делает, я не берусь судить, так как не хотелось мне быть на ее месте в это смутное время.
- Вы переехали в Киев, работаете в одном из лучших театров Украины – Национальном академическом драматическом театре им. И.Франка…
- Многие театры Украины меня приглашали, но именно в театре им. Франка предложили определенные условия, которые заинтересовали. Я сохранил категорию «Ведущий мастер сцены» (наивысшая категория для актера – прим. авт.), хотя в коллективе «франковцев» на момент моего прихода не было ставок с таким статусом. Поэтому переговоры о приеме на работу длились очень долго – несколько месяцев.
- Как вас приняли в коллективе «франковцев»?
- Потрясающе!!! Когда только я приехал и начал работать, многие коллеги часто интересовались, не нуждаюсь ли я в чем-нибудь. Когда я периодически приезжаю в Донецк к сыну, мне звонят из Киева и спрашивают, не нужна ли мне какая-то помощь. Я увидел отзывчивость и заботу, и мне хотелось бы верить, что это искренне.
В процессе репетиций сразу осознал, что мне интересно работать и общаться с киевскими коллегами. Если в донецком театре я ощущал в этом смысле определенный вакуум, где определенные актеры позиционировались как лучшие, а остальные – только для массовки и эпизодических ролей, то здесь все по-другому. В театре Франка есть ощущение команды, которая работает на результат. Каждый актер играет спектакль, а не только свою роль, здесь нет понятия второстепенных или эпизодических ролей. И главное - режиссер и актер не мешают друг другу работать.
И еще один важный момент. Работая уже несколько месяцев, я ни разу не услышал от коллег плохих слов в чей-либо адрес. Для театрального коллектива – это имеет огромное значение, что свидетельствует о порядочности людей, которые здесь трудятся.
- Чем, на ваш взгляд, отличается донецкая и киевская публика?
В определенной мере донецкая публика напоминает маму, которая любуется своим ребенком на детском утреннике. Зрители в Донецке – это щедрые зрители, которые готовы простить артисту практически все. В Киеве немного иначе. Здесь публика более требовательна, она не готова воспринимать какие-то дешевые вещи. Я не хочу сказать, что киевские зрители избалованы, но удивить их тяжелее. Вместе с тем киевская публика охотнее идет за актером, становится непосредственным соучастником спектакля. Если в Донецке зритель больше занимает созерцательную позицию, то в Киеве публика – становится партнером артиста в спектакле.
Насколько мне известно, многие донецкие зрители приезжали на ваш спектакль в Киев…
- Да, и я был очень растроган. На один из спектаклей пришло много людей, которые буквально завалили меня цветами настолько, что мне было неловко перед коллегами. Но я знаю, что эти донецкие зрители подарили цветы не столько за мою игру, а сколько за то, что в течение многих лет мы были вместе, выразив, таким образом, благодарность и поддержку. И после спектакля меня ждали зрители, некоторые приехали из Днепропетровска, Запорожья, Харькова, Одессы, что очень приятно и трогательно. И очень ценю такие моменты радости общения со зрителями.
- В связи с переменами в жизни, изменились ли у вас жизненные ценности и источник вдохновения?
- В последнее время слишком много стала значить фраза: «главное, чтоб не было войны». Как правило, за столом это главный тост, который дается с большим комом в горле. Еще я перестал быть категоричным максималистом, и стал с пониманием относиться к людям с противоположной позицией, стал более снисходительно относиться к своим недоброжелателям.
- А вдохновение?
– Для меня - это всегда качественный материал, хорошие партнеры по сцене, профессиональный режиссер. Это именно те составляющие, которые помогают постоянно развиваться и творить на сцене, а не только «вытворять». И я думаю, что если приоритеты в творчестве не изменились, учитывая все произошедшие события, то, значит, они были правильными.
Ирина Голиздра, «ОстроВ»